Методология и цель исследования

— Задумываясь над вечным вопросом, что первично: яйцо или курица, или, как марксизм интерпретировал этот вопрос, что первично: сознание или бытие, как вы будете решать свои повседневные вопросы в связи с этим главным вопросом философии? А ведь эта философия претендует на уровень над всем. И вот этот уровень над всем ставит этот вопрос. Что дальше? Оторвали вообще это понимание от сути. Внушалась политэкономия. Что это такое? А теперь посмотрите на своем собственном примере. Философствованием занимается каждый по типу этого самого марксизма. А при этом практические вопросы остаются вообще без рассмотрения. То есть, мы не решаем практические вопросы, но зато мощные философы. Но что-то нам так плохо, потому что наша философия никак не позволяет нам видеть то, что у нас есть. — Как же выйти из этой философии к личностной программе? — А зачем выходить? Может, и не надо? — Вот и задумались: «Зачем выйти? Как выйти? Что вокруг?» — «Да и хрен с ним! Живем, как живем» ― «Где, что, как?» — «Не разберешься». Еще один раз поняли, что вообще ни в чём не разберешься. Да и ладно. А это и есть то основное. Смотрите, как это держит. Вроде дернулся кто-то: «А-а-а-а», а ему говорят: «Б». Ничего не решается, да и ладно. Пусть будет то, что будет, всё, как оно есть. А это болото. Кто-то погнал волну, а ему: «Куда погнал волну? Итак плохо. Не гони волну» Все стоят. Пинт погнал волну, ― все закрыли глаза вначале. При этом ведь всё говорится. Я же не просто болтаю языком, а всё время по делу говорю. Нет, дело не видим. Почему? Потому, что не хотим видеть. Потому, что ответственности не хочу брать. Оно как-то идет и идет. Отцы наши жили, и дети наши проживут, и я проживу так же. — У меня сегодня был запрос на то, чтобы лучше видеть мужчину и женщину в себе. И, знаете, вопрос касательно этого начал развиваться. Мне хочется раскрыть этот вопрос, и я чувствую напряжение, но не могу даже начать говорить. — Я не могу вопрос задать или не знаю как? Мужчина и женщина — всё вокруг этого только и вертится. Книги какие-то пишутся, какие-то всё время шоу проводятся, еще что-то. Всё мужчина и женщина. Здесь чем отличается подход от того, что вы везде наблюдаете в отношении мужчин и женщин? — Здесь как-то разбирается то, что такое мужчина и женщина. — Как разбирается? Оно везде разбирается. Вон эти замужества, какое-то шоу все смотрят. Философы, психологи по-своему смотрят на это. Каждый что-то свое вносит. Здесь чем отличается? — Здесь предлагается исследовать эту тему, как можно гармонизировать ее. — Так вы понимаете саму методологию исследования и цель исследования? Если вы этого не понимаете, то вас носит неизвестно как и куда, и вы не можете сформулировать даже, для того чтобы поддержать то, что я здесь называю исследованием. Потому что, когда вы начинаете в другую сторону смотреть, то я вам показываю именно это. Что тогда есть мужчина и женщина здесь? Как это рассматривается? — Мужчина — это логика, ментал. Женщина — это чувства, хаотичность. — Хаотичность — это начальный уровень чувств, или примитивное чувствование. Так же, как начальный уровень ума, — это примитивное мышление. Но оно же растет. То есть, какого уровня женщина внутри вас, такого же уровня и мужчина внутри вас с этих позиций. — Мужчина хочет всё знать. — Замечательно. А что хочет женщина? — Женщина ничего не хочет знать. Тихая, маленькая. — Лужа. Женщина-лужа. Вот есть женщина озеро, женщина бурная река, женщина море, женщина океан, женщина лужа. Вода там уже воняет просто, потому что давно стоит. И рядом мужчина, который кричит: «Хочу всё знать!», но в лужу эту не вступает. И вверх всё смотрит, а лужа гниет, воняет уже. Очень важно увидеть это. Хотите видеть? — Нет. Хочется выйти на равновесие. — Между лужей и журналом «Хочу всё знать»? — Да, хочется. — Как это вообще соединяется? С одной стороны журнал «Хочу всё знать», очень хорошо, и лужа, которая воняет, на нее все наступают. — Женщина ― это вина и осуждение. — Это буря в стакане воды. В стакане, где постоянное цунами возникает. — Взять этот журнал и выкинуть в лужу. Вот и соединение. — Да? Человеку дали аналогию, а он говорит: «Это не ко мне относится». Ему говорят: «Нет, это к тебе относится». После двух часов разбирательства он говорит: «Хорошо, это ко мне относится. Но тогда пошел ты подальше!» Смотрите! Я же вам образно описываю, оно же так и есть. Все же уже вознесенные. — Сейчас я вижу в себе страх, что мой мужчина не хочет вообще ничего. Какой-то страх вижу. — Конечно, он же важный, в хорошем костюме, а стоит в луже. И он поэтому не понимает. Говорит: «Показывайте меня сверху», и исторгает из себя всё время всё новые и новые формулы знаний. Шестью шесть равно тридцать шесть. Семью девять равно сорок девять. Бесконечно. Вот, смотрите, это надо видеть. Это я не в смысле издевательства, а в смысле усиления. Готовы видеть? — Да, готова. На словах, наверное. — Если вы меня спросите: «Как ты, Пинт, поднимаешься вверх?», то я скажу: «А я спускаюсь вниз, и там много чего. И я знаю, что, только опустившись, могу видеть то, что вверху, но ровно настолько, насколько опустился». И проживание этих низших состояний — это, я вам скажу, не простое дело! — Поэтому этот страх я чувствую. — А тогда и всё. Тогда ты будешь такой всегда. Расти не будешь. Здесь рост идет вверх и вниз. Хочется же вверх только расти. Дерево говорит: «Уберите от меня все эти корни. Вершки главное, корешки нам на не нужны». А вершки и корешки, оказывается, есть одно, а между ними ствол. И это всё есть дерево. Но вы же не хотите интимное выдавать. Касательно меня, то только через это интимное я и проходил, возвращаясь постоянно в разные возраста этой жизни, в которых происходило то, что у всех. Почему я так хорошо понимаю? Да потому, что это у всех есть. Мы все проходили через определенные вещи, которые хочется потом забыть. Только через возврат к этому, проживание и понимание этого, можно пройти к следующему видению. Вы же хотите просветления какого-то? За счет только знаний? Да вы их не удержите. Пинт же говорит всё время, но вы не удерживаетесь. Не хотите показывать себя с плохой, как вы называете, стороны, но тогда ничего и не будет, кроме того, что есть в выживании, то есть борьбы плохого с хорошим. И насколько это устойчиво, посмотрите.