Хаос отношений в семейной жизни

— Вчера мне супруга позвонила по телефону, пока я ехал домой. У нее началась истерика. Я еду и понимаю, что вот он, мой наркотик. Меня накрыло виной. Этот вопрос постоянно возникал у меня на самом деле. Но только сегодня я смог о нем рассказать.

— Вина ― это эмоциональное. А эмоциональное — это и есть метафизическая женщина. И, смотрите, как не хотят все смотреть на это. Таким образом, что можно сделать с этой самой виной и с осуждением, то есть с метафизической женщиной? А ничего! Она может только кричать, и будет еще более усиливать это всё, и это будет вечный ад.

— Я бы сказал, что состояние мое вчера было несколько видоизмененным. И я не всецело так эту вину чувствовал. То есть, жена мне поставила выбор. Выбирай между семьей и Школой.

— Между семьей и Душой своей. По сути что она делает? Она отрицает твою Душу. Она тебе понижает вибрации так, чтобы ты вообще о Душе даже не помышлял. Так ведь?

— По сути, так. Тогда к исследованию своей программы вопрос.

— Какое исследование, кто его проводит, если ты не выбираешь Высший Уровень Сознания, который собственно это и делает? А именно жена и тянет тебя к себе, чтобы никакого исследования у тебя вообще не было. Это действие женщины. Она вообще прекращает в тебе всё, что мы здесь взращиваем. Каковы ее действия? Они незаметны и непонятны. Она фактически ликвидирует смысл того, чем мы тут занимаемся.

— Я ей задаю конкретные вопросы: «По факту говори, что тебя не устраивает. Что ты хочешь вообще?» Она мне отвечает: «У тебя нет времени на нас». Я спрашиваю: «На тебя нет времени?» Она отвечает: «На детей». Я говорю: «Хорошо, на детей. Еще что?» Она отвечает: «На меня нет времени». Дальше я задаю вопрос: «Как это у меня нет времени на вас? Я же уделяю вам время!»

— Она хочет, чтобы всё твое время уделялось только туда. Причём, даже не понимает этого. Смотри, это что за постановка для сотрудника. Он приходит наниматься в какую-то организацию, ему говорят: «Ты должен всё время проводить здесь. За это мы будем тебе платить. Просто проводи время, сиди на стуле и чеши голову. Ты это будешь делать, мы это и будем проверять». Всё, больше ничего не говорят. Что это такое? Разве так ты должен делать что-то? Сколько времени ты затрачиваешь на семью — это другой вопрос. Она же ставит вопрос не о цели и смысле твоего нахождения в этой семье, а о том, что всё твое время должно принадлежать ей. Что нужно? Смотреть на нее, чесать ей ногу?

— Чтобы дома что-то сделал, чтобы по хозяйству делал что-то.

— Что по хозяйству? Этого она не знает. Тут прибить, здесь прибить. Сиди хотя бы просто. Смотри, она полностью тебя запирает. Вообще полностью! Если бы она говорила, что ей денег надо, хотя бы, сколько, то это другой вопрос. Ты можешь ее и не видеть, но деньги принесешь. Или будешь сидеть там, рядом, но денег не принесешь. Но она и то хочет, и это. Вообще ничего не понятно, и ты не можешь ей ничего возразить, потому что сам плаваешь в этих вопросах. Она в каком-то сумасшедшем состоянии, и ты такой же сумасшедший. И вы два сумасшедших о чем-то кричите друг другу постоянно. О чём? Не ясно вообще ни тому, ни другому. Какое тогда здесь управление? Хорошо, семья есть семья. Кто против? Но тогда разберись, что именно нужно, что ты подписываешься делать, а что ты не подписываешься делать. Если не устраивает это, то тогда всё, нужно разводиться. Если устраивает, тогда давай четко обговорим, что и как.

— Надо четкость вносить и проговаривать.

— Но ты же не вносишь.

— Я вношу! Пытаюсь. Но тут сразу начинаются состояния подниматься и возникает спор.

— Пытаешься или вносишь?

— Я вношу. Я говорю: «Давай тогда конкретно».

— Ты тогда пиши, что ты будешь делать, и устраивает ли это обоих. Вы договариваетесь о чём-то? Вы пишите какой-то договор? Потому что, если нет договора, то она сегодня одно захочет, завтра другое, а послезавтра еще что-то третье.

— На работе понятно. Там твои обязательства, и ты должен их выполнять. В соответствии с этим ты двигаешься. Есть претензии, ты их рассматриваешь на основании этого самого договора.

— Так у тебя эта ситуация постоянно, поэтому и решения никакого нет, и разговор идет об одном и том же вечно.

— Это как применение к действию. Является ли это исследованием?

— Всё, ты вообще поплыл. Просто поплыл. Я тебе конкретнее объясню. Если человек имеет претензии, то с этим человеком можно вести разговор. Что именно он хочет, что я хочу, что нас обоих будет устраивать. Если не устраивает ничего, тогда нам надо расходиться. Вот разговор! Но ты этот разговор не ведешь. Поэтому она сегодня так делает, завтра еще что-то, послезавтра еще. Каждый раз разговор не о чём. И тебя это устраивает. Если не устраивает, то делай то, о чём мы говорим. А если ты не делаешь, то устраивает.

— Я могу сказать, что я пытался это сделать, но в момент, когда это происходит, меня просто захлестывают эмоции.

— Что для меня смешно! Я пытался это делать. Что это? Что пытался? К чему это привело?

— Я пытался договориться со своей супругой.

— Какие ты ставил свои цели? Какие ее цели выяснил? Есть их совпадение? Об этом надо рассказывать. Это всё равно, что адвокат говорит: «Я пытался тебя защищать. Да, пытался, заплати мне». — «Очень пытался?» — «Очень пытался». — «На!» — «Слушай, я больше, чем очень пытался. Я очень, очень пытался». — «Тогда на еще!» Вот такой разговор с адвокатом. При этом он вообще ничего не делал, тебя посадили по полной программе, но он очень пытался. Что ты сделал?

В этой самой личной жизни полностью теряется здравый смысл, который присутствует в работе. Вы устроились на работу. «Что ты сделал?» — «Я пытался». — «Тогда иди, денег получи». — «Но я очень пытался». — «Тогда еще и премию получишь». И все они так очень пытались.

— Потому что пытаться и делать — это две разные вещи.

— Ты вообще не понимаешь, что делать, что ты делаешь, что ты сделал. А вообще, я пытался. Примерно так описывается жизнь каждого человека. Он пытается. Полный маразм!

— Мне кажется, Александр Александрович, что у него ситуация в том, что он что-то должен сделать, что-то должен принести. И то, что он может принести, оно не равно тому, что он потеряет.

— Вот именно! Он не понимает, чем она его держит.

— Может быть, он и понимает, что он теряет, но он к этому шагу не может подойти, потому что то, что может предложить, не равно, а может быть даже и меньше того, что он теряет. Здесь надо взвесить, мне кажется. Просто на весы положить. Причём, эти весы нужно строить вдвоем.

— Да, по крайней мере, это уже какой-то подход, в результате которого можно что-то оценивать, и об этом можно говорить.

— Оценить, и подвести себя к принятию какого-то решения. Решения могут быть всякие: и приемлемые, и неприемлемые. Но набраться сил, энергии, чтобы принять это решение.

— Всё должно быть обозначено. Но он будет пытаться извращать всё, и так это опять затянется на веки вечные. Это другой вопрос. Но если не делать даже этого, то вообще ничего не будет. Как пишутся законы, например, в России. Так, чтобы их все нарушали. Именно так они и пишутся, чтобы каждого в любой момент можно было зацепить. Любого! Хотя есть законы, всё есть!

— Как зацепить, так и отцепить.

— Совершенно верно. Таким образом, они проводят ту политику, которую им надо. Теперь в вашем семейном государстве что? Законов вообще нет. Каждый что хочет, то и делает.

— Патриархат.

— Какой патриархат, когда она его дергает?

— Матриархат.

— Матриархат. Причём, совершенно сумасшедший руководитель, невменяемый, но держит всех так, что будьте здоровы. Сегодня пришел, устроила истерику, завтра всё побила и кричит что-то.

— Потому что то, что она предлагает, больше, чем она может потерять.

— Больше, меньше! О чём вообще разговор идет? Не ясно вообще. Вот вам женщина!

— Хаос полный. Она прыгает из одного в другое.

— Она вообще не понимает, что с ней творится, и весь этот хаос на тебя выплескивает. И оба безумны! Разбираться ни в чём не хочет, тебе не дает, и управляет истерикой.